рхушкой местного
  оппозиционно-экономического клуба и обсудить с ними планы сотрудничества на
  ближайший год. По возвращении в Москву - составить отчет.
   Соседями Щекотихина и Швецовой по купе оказались двое молодых людей. Один
  - невысокий и худощавый, второй - гора мышц с лицом, будто бы побывавшим в
  бетономешалке.
   Швецовой от одного взгляда на верзилу захотелось выйти из вагона.
   - Денис, - представился невысокий, - Рыбаков.
   - Миша, - буркнул озабоченный чем-то громила, - Ортопед...
   И тут же получил тычок локтем в бок от приятеля.
   - Юрий Васильевич... - Щекотихин с интересом посмотрел на совершенно не
  похожего на врача бритоголового субъекта.
   - Лилия Борисовна... - на самом деле отчество Швецовой звучало как
  "Боруховна", но она старалась сие не афишировать, заранее предполагая в
  любом собеседнике ярого антисемита.
   - А я вас знаю! - обрадовался невысокий Денис. - По телевизору сколько
  раз видел!
   - Да, нас часто показывают, - высокомерно ответила Швецова...
   В дороге разговоры завязываются сами собой.
   Все началось с того, что Щекотихин попытался узнать политическую
  ориентацию попутчиков и с удовлетворением услышал, что те стоят на жестких,
  крайне правых рыночных позициях. Особенно громила-доктор. Сути работы
  Михаила Юрик не уловил, но депутату подробности были ни к чему. Достаточно
  того, что Миша - большой либерал.
   Швецовой болтовня Щекотихина с Денисом и Мишей была неинтересна,