гда подпись, если контракт не готов? - удивился Глава
  Администрации.
   - Как ты не понимаешь, Саша! Указик раньше контрактика нужен. Мы с этим
  указиком любого обойдем. Ты же знаешь, Саша, какие нынче времена. Все
  норовят выгодную сделку из-под носа перехватить. А с указиком нам никто не
  страшен. Указик - это сила! Саша, мы тебя очень уважаем, но и ты должен нас
  понять... Ты нас понимаешь, Саша?..
   Абрамсон хмыкнул.
   Его старший товарищ и наставник со стороны смотрелся точной копией
  Паниковского в исполнении Зиновия Гердта из недавно просмотренного Романом
  черно-белого фильма. Оригинала он не читал.
   "Когда я иду на гуся, это опера! Кармен!", "Остап Ибрагимович, вы же
  знаете, как я вас уважаю!", "Пилите, Шура, пилите, я уверен - они
  золотые!"... И прочее в том же духе. Для завершения образа Березинскому не
  хватало лишь потертой шляпы и манишки.
   - А обоснование льгот? - засомневался Железяка.
   - Нет вопросов! Отстегиваем процент православной церкви. Ты же знаешь,
  Саша, как я уважаю митрополита! - иудей Березинский опустил очи долу. - Дело
  беспроигрышное, я тебя уверяю...
   - Надо еще Деду это объяснить.
   - Саша, сколько ты хочешь? - прямо спросил Абрамсон.
   - Тридцать процентов.
   - Побойся Бога, Саша! - Березинский вскинул вверх загребущие ручки. - Это
  грабеж! Мы с Ромочкой только по десять имеем. А еще. ведь люди есть... Ты же
  знаешь, Саша, мы тебя никогда не обижали. Но тридцать