ри недели он читал
  о высадке кубинских беженцев на побережье, о том, что самолеты Кастро
  беспрепятственно пикировали на них, бомбили и обстреливали, видел
  фотографии трупов и молодых людей, осужденных на пожизненное тюремное
  заключение, и вспоминал веселых богатых юношей на вырубке в гватемальских
  джунглях в один из моментов "холодной войны", которая, в сущности, никогда
  не кончится.
  
  17
  
  - Сколько лет было Ричардсону? - спросил Уильямс.
  
  - Наверно, под тридцать.
  
  - И он сказал: "Берегись, ты можешь попасть в чей-нибудь список"?
  
  - Да. Но это был просто оборот речи. Я совершенно уверен, что он не имел в
  виду такого списка, как этот, двенадцать лет спустя.
  
  Уильямс вовсе не был уверен в этом, но спросил лишь:
  
  - Вы не слышали, что сталось с ним? Медуик затянулся сигаретой.
  
  - Слышал. Я член комитета по военным делам, несколько лет назад его фамилия
  появилась в одном из документов, которые мы изучали. Он был майором у
  "зеленых беретов", по крайней мере носил эту личину.
  
  - Что это за документ?
  
  - О массовом убийстве. Чего еще можно ждать от Ричардсона?