о слышно, как Уильямс
  бежит следом, потом он увидел большой камень, укрылся за ним, выставил
  пистолет, неколебимый, как скала, и стал ждать. Но Уильямс не появлялся.
  Тот еще сукин сын.
  
  Сирены в Манхаттене... к отелю "Ридженси", где Стефани уже была окружена
  охраной, съезжавшейся со всех сторон... к "Плазе", где раздавалась стрельба
  и перепуганный таксист громко рассказывал, как его пассажир на ходу
  выскочил из машины и перепрыгнул через стену в Центральный парк.
  
  Но Центральный парк большой, там было темно, и внезапно Ричардсон осознал:
  у него есть преимущество на несколько минут. Ему приходилось действовать в
  подобных условиях.
  
  Там, где он последний раз слышал Уильямса, было тихо. Самым разумным для
  этого человека было отползти в безопасное место и ждать, когда появится
  полиция и со всех сторон окружит Ричардсона. Но Уильямс на это не пойдет.
  Он не из таких. И, кроме того, он думает, что перед ним убийца.
  
  Черт побери! Тут Ричардсон осознал еще кое-что. Они сочтут его убийцей.
  Разве он не звонил по телефону? Разве он не стрелял в Уильямса? На спасение
  ему