вали бы его
  идеалистом. Все остальные в отряде были... консервативными.
  
  Уильямс. Олимпийцами?
  
  (Пауза на пленке.)
  
  Уильямс. Я уже знаю. Так что продолжайте.
  
  Ричардсон. Об олимпийцах мне ничего не известно. Знаю только, что мы были
  сторонниками, как вы это называете, "жесткой политики", а Болтон считал,
  что, воюя во Вьетнаме, он принесет какую-то пользу человечеству или что-то
  в этом духе, и ему очень не нравилось то, что он видел или в чем,
  оказавшись среди нас, принимал участие. Признаю, что остальные
  недолюбливали Болтона. На него, можно сказать, ополчились - заставляли
  делать всю грязную работу.
  
  Уильямс. Например?
  
  Ричардсон. Пытки.
  
  Уильямс. Вы заставляли его пытать пленных, единственного человека, который
  не желал этого делать?
  
  Ричардсон. Война есть война. Он сам пошел в "береты". Никто не просил его.
  
  Уильямс. Но вы затащили его в свой отряд ЦРУ, и он увидел, что тут идет
  совсем другая война.
  
  Ричардсон. Да.
  
  Уильямс. Он не протестовал?
  
  Ричардсон. Протестовал? Он удирал три раза. Но от "конторы" во Вьетнаме не
  убежишь. Некуда. А когда