печальную мелодию, какую Аллен слышал, и потом, заслыша ее, он всегда будет
  ощущать внезапную, резкую боль в сердце.
  
  И вот барабанная дробь, гроб на лафете, три пары серых, в масть, лошадей,
  правый ряд оседлан, но без всадников, а позади лафета крупная вороная
  лошадь, несущая в стременах сапоги, вставленные задом наперед, она
  упирается, словно протестуя.
  
  - Черт побери, Лоуэлл! Возьми себя в руки.
  
  Джим Ноли, оператор, сердито жестикулировал ему. Они шли на очередное место
  съемок, поэтому Аллен не видел отпевания в соборе св. Матфея, он оказался в
  людской толпе возле мемориала Линкольна и взял интервью у четверых
  заплаканных молодых людей.
  
  13
  
  Средним планом толпа у мемориала Линкольна, ждущая похоронной процессии.
  Крупным планом молодой, явно нервничающий Аллен Лоуэлл с микрофоном. Камера
  сопровождает его, когда он поворачивается к толпе, и отъезжает назад.
  Средним планом Лоуэлл и парень в спортивной рубашке. Парень плачет.
  
  Лоуэлл. Как вас зовут?
  
  Парень. Эв... Эверетт Меллон, я служащий сената.
  
  Лоуэлл. Каковы теперь ваши планы?
  
  Парень. Остаться