елся по ним
  пальцами, как по клавишам рояля. Но тут же задумался; "Съезд Советов на
  носу, а порядка в Окске еще нет. Мало толку и от нас с Кривоносовым". И в
  то же время... Раньше Тихон ежедневно читал в газетах о погромах в
  советских учреждениях, грабежах. В последние дни сообщений на эту тему
  почти не появлялось. Реже стали налеты бандитов. Мероприятия милиции все
  же давали результаты.
   Тихон включил свет. Заиграли блики на золотистых обоях, на дорогой
  полированной мебели. Он провел рукой по сверкающему никелем ободку тахты,
  ударил кулаком в гору подушек. Не снится ли ему, что он живет в такой
  роскоши? Открыл платяной шкаф. Выбрал лучшую кремовую рубашку,
  светло-коричневый в белую полоску галстук. В тон им надел коричневый
  костюм, обулся в темно-коричневые полуботинки. Разложил в карманах
  документы. Надел дорогое пальто на меху, меховую шапку пирожком. Посмотрел
  в зеркало: щеголь! Пышные волосы выбивались из-под шапки. Он вымыл их
  утром средством "Перуин-Пето", предварительно трижды прочитав надпись на
  флаконе: "Опасность грозит волосам, когда начинает появляться перхоть, а
  следом за ней идет выпадение волос, но бороться с этим злом не так трудно,
  если регулярно употреблять "Перуин-Пето" из Парижа". Тихону сразу же
  захотелось привезти домой флакончик и показать своим сестрам...
   Новый высокий худой швейцар поклоном проводил постояльца, выходящего
  из гостиницы.