да банду можно взять.
   Мордастый переложил финку в левую руку, правой вытащил из кармана
  браунинг и наставил на Тихона. Решительно приказал:
   - Оружие на стол, или пуля в лоб!
   - У меня нет оружия. Не ношу. - Тихон развел руками. - Ни с кем не
  воюю. Мирный человек.
   - Зося, - приказал Степан все еще не пришедшей в себя певице, - дай
  веревку. Свяжу красавца. Чтобы по ночам к занятым дамам не шлялся.
   - Не трогай его, Степан, прошу господом-богом, - взмолилась Зося. -
  Ну послушайся меня, он же никому вреда не сделал. Обещаю, не буду
  встречаться с ним.
   - Говорю, сука, веревку! - гаркнул бандит.
   - Я не позволю над собой издеваться! - выпятил грудь Тихон. - Вы
  ответите перед законом! Вам это так не пройдет! Кто вам дал право
  глумиться над неприкосновенной личностью?
   - Цыц, мелочь. Пистолет - мое право. С любым фраером мы поступаем по
  своему закону.
   - Я неприкосновенная личность, настаиваю на этом, оставьте нас в
  покое, - продолжал кричать Столицын, гордо вскинув голову. - За произвол
  ответите по всей строгости международных соглашений.
   - Заткнись, козявка! Соглашение! - Степан двинул стволом пистолета
  Тихону в живот и снова приказал Зосе: - Неси веревку, потаскуха.
   - Какая я потаскуха? Перестань оскорблять и отстань от него, - вдруг
  решительно заступилась за Беккера девушка. - Он мой гость. Не трогай его.
  Я вольна распоряжаться своим домом.