- Сукины дети. Грехи ступайте замаливать. Антихристы. Циклопы.
   В натопленной избе "гостей" разморило. Мужики за столом вяло
  переговаривались. Тихон волновался: где же атаман? За столом его не было.
  Неужели опять улизнул?
   - Где Бьяковский? - вернувшись к Кликиной, спросил он.
   - В боковой комнатухе дрыхнет с дружком Ложкиным.
   Тихон снова пробрался на кухню и через щель между занавесками стал
  наблюдать за пьяными бандитами. Старик читал "гостям" мораль. Вдруг
  раздался хриплый голос атамана:
   - Дед Митька, мерзавец, не разводи антимонию. А то прикончу. Подай-ка
  рассолу...
   И тут произошло неожиданное. Главарь истошно взвыл:
   - Идиоты, подлецы! За окном милиция, а вы водку жрете!
   Он застонал от злости и несколько раз беспорядочно выстрелил.
  Зазвенело стекло, посыпалась со стен щепа.
   - Бьяковский, сдавайся, дом окружен! - крикнул Тихон.
   Атаман послал несколько пуль на его голос, на ходу надел хромовые
  офицерские сапоги и вырвался во двор. Он палил сразу из двух револьверов
  во все стороны и угодил в вороного жеребца. Столицыну очень хотелось взять
  "батьку" живым, и он легко ранил атамана.
   - А, ди-пло-мат! - фальцетом завизжал тот и, не целясь, послал две
  пули в его сторону. Обливаясь кровью, Бьяковский подбежал к забору,
  подпрыгнул и уже перекинул было ногу на другую сторону. Тогда Тихон
  прицелился еще раз... Атаман вскрикнул, задергался,