сто за барчука, а за сына царского
  дипломата, спешно покидающего Россию. Улаживаете, мол, свои дела в Москве,
  но там оставаться не хотите, побаиваетесь расправы. Поджидаете в Окске
  оказию, чтобы двинуть за границу.
   - Операция "Дипломат", - сказал Столицын.
   - Что? - не понял Белоусов.
   - Это так принято: каждой операции давать какое-либо условное
  название. Ну вот...
   - Понимаю, - усмехнулся комиссар. - Ну что ж, "Дипломат" так
  "Дипломат". - И продолжал: - Документы заготовим какие следует. Комар носа
  не подточит. На эту приманку бандиты должны клюнуть, по крайней мере
  заинтересоваться вами. Им ведь нужны связи с такими дипломатическими
  "тузами": никогда не помешает возможность тоже драпануть за границу. А
  стало быть, есть шанс войти в их среду. Нам будете посылать весточки через
  Федора. Надеюсь, познакомились с ним на вокзале?
   - Вполне. За полчаса подружились, поняли друг друга.
   - Он всем нам как родной, - заметил Петухов, поглаживая усы.
   - Это точно, но приступим к делу. У нас очень мало времени. Люди
  живут в голоде, холоде, а тут еще бандиты измываются. Мы призваны
  обеспечить людям безопасность. А силенок у милиции еще маловато, -
  вздохнул Белоусов.
   За последние дни он пожелтел, осунулся. Валерий Ивлевич и Семен
  Гаврилович знали, что он в пятнадцатом году был приговорен к пожизненной
  каторге. После Февральской революции выпущен