а в комиссариате? - спросил Белоусов. - Кроме нас знал о
  Кривоносове Дьяконов. - Начальник управления многозначительно посмотрел на
  заместителя и плотно сжал губы.
   - Последние дни он какой-то неуравновешенный, непохож на себя. То
  молчит, то говорлив без меры. Нервничает, срывается в разговоре с
  милиционерами.
   - Ну, вот тебе и задание: посерьезней присмотрись к Дьяконову.
  Понаблюдай за каждым его шагом. Он всегда вызывал во мне двойственные
  чувства. Я никогда не понимал его до конца.
   Едва Рябов вышел, как в кабинет к начальнику зашел Дьяконов, легкий,
  как говорят, на помине. Щелкнул каблуками сапог и стал докладывать
  оперативную сводку. Белоусов слушал его рассеянно, мысли были заняты
  другим. Максим Андреевич смотрел на длинные холеные пальцы своего
  помощника, листавшие бумаги, и вспоминал операции по захвату бандитов в
  продовольственных магазинах, у церкви. Начальник оперативной части всегда
  был впереди. И опять сомнение охватило Белоусова: "Может ли такой быть
  предателем? А если он завоевывал доверие, притупляя нашу бдительность?"
   Подошло время приема граждан. Дьяконов уже ушел. Белоусов направился
  к двери, за которой слышалась перебранка нетерпеливых посетителей - каждый
  из них доказывал свое право идти на прием первым.
   Начальник управления распахнул дверь.
   - Входите! Не спорьте, всех приму.
   Дежурный кивнул сгорбленному старику:
   -