ела ребенка.
  Походив по комнате, легла на спину, прислушалась к своим ощущениям.
  Будущий наследник иногда давал о себе знать, это наполняло ее нежностью.
   Она давно не пыталась угадать, когда Максим вернется со службы. Чаще
  всего он являлся за полночь, когда она уже спала. Ужин, прикрытый
  салфеткой, ждал его на столе. Тяжелая работа досталась мужу, хотя он и
  называет ее легкой. Максим Андреевич возвращался почти всегда измазанный
  известкой, глиной, а то и кровью, едва держась на ногах от усталости.
   Анна продолжала лежать, закрыв глаза, вслушиваясь в звуки с улицы.
  Через окно доносились неясные крики, выстрелы, потом снова наступала
  тишина. К выстрелам в городе все привыкли.
   Она встала, потушила свет, прильнула к окну и вдруг увидела, как едва
  различимые фигуры людей скользнули вдоль стены противоположного здания. В
  ту же минуту в дверь негромко, но настойчиво постучали.
   Анна вздрогнула. Максим? Не может быть, у него свой ключ. Она
  прижалась к косяку двери и спросила вполголоса, затаив дыхание:
   - Кто?
   - Это я, Илья, открой. Твой комиссар ушел, видел. Отвори, -
  сдавленным шепотом произнес мужчина.
   Услышав голос бывшего мужа, Анна задрожала и схватилась руками за
  виски. Но тут же овладела собой. Как можно хладнокровнее и тверже
  крикнула:
   - Уходи! Иначе сейчас же позвоню в губмилицию. Слышишь? Ненавижу
  тебя, изверг окаянный! Пропади