евший по вечернему времени мост через Унчу, ожидаемый инструктаж начался.
   - Ты новенькая, что ли? - обернулся к Марине один из братьев-близнецов, отрывая глаза от дороги. - Тогда слушай диспозицию. Мы тебя высадим метров за двести, дальше пешком пойдешь. А мы проедем вперед и будем ждать девочек у дома одиннадцать. Ну, ты слышала сама... Будь рядышком, мы с тобой незнакомы. Когда девочки появятся и мы пойдем к ним на хазу, твое дело засечь номер квартиры.
   Поняла? Чтоб все незаметно было.
   - Без шума и пыли, - хмыкнул второй "братец".
   - Держись незаметно, - повторил первый и критически осмотрел внешность Марины.
   - Одета ты больно строго, - заметил он. - Кос-тюмчик и все такое. В глаза бросается... Ты что-нибудь придумай. Чтоб из толпы не выделяться и внимание не привлекать. За местом могут заранее на-блюдать и засекут, если ты шустрить начнешь. Понятно?
   Марина машинально кивнула, хотя поняла она мало, только самое основное. Но спрашивать не хотелось - эти двое вообще ей с первого взгляда не понравились.
   "Ладно, - успокоила она себя. - Разберусь. Не такое это хитрое дело - ловить проституток. Конечно, главное - не оплошать, не подвести всех остальных".
   Она смотрела в окно, на разлившиеся под высоким мостом ледяные воды реки, в мутную свинцовую глубину. Потом перевела взгляд на город noj обеим сторонам Унчи: начинало смеркаться, и Щ домах, расположенных на набережных, зажигались огни.
   Вот миновали мост, и машина пошла неровно - колеса заплясали на раздолбанных трамвайных колеях.
   Улица Коммуны находилась в довольно злачном и неприятном месте. Когда-то здесь был просто паршивый городской район, застроенный домами сороковых - пятидесятых годов. С тех пор тут не было ни одного капитального ремонта, стены зданий облупились, осыпалась штукатурка. Дворы превратились в свалки ржавых остовов брошенных автомобилей, а переполненные мусорные баки стояли бесстыдно напоказ. Скоро