ебе нравятся. Разве не так?
   - Так, - подтвердила Марина. - И что же?
   - А то, что те люди, которые тебе нравятся, такими вещами не занимаются, - пояснил майор. -. Но кто-то ведь должен это делать. В абсолютно белых перчатках милицейскую работу не выполнишь - не та профессия. Это тебе не в школе детей литературе учить. Кто-то должен быть подсадным, иначе не выйдет.
   - Так это сотрудники милиции? - попыталась уточнить Марина. Спустя пару секунд повисшей паузы она задала вопрос иначе:
   - Это могут быть сотрудники милиции?
   Вербин удовлетворенно хмыкнул: ему понравилось, как аккуратно был сформулирован вопрос во второй раз.
   - Да, - сказал он неохотно. - Это могут быть и сотрудники милиции. Перед законом сотрудник милиции точно такой же гражданин, как и любой другой. Его слово, его свидетельство в суде не больше и не меньше, чем слово и свидетельство любого гражданина. Так что в принципе подсадным может быть любой человек, не исключая и сотрудника органов правопорядка. И задача его в данном случае проста: совершить половой акт с проституткой, а затем по нашей команде открыть изнутри дверь квартиры. А потом подписать соответствующий документ. Как видишь, большого ума не надо, не правда ли?
   Владимир остался доволен своим ответом. Втайне он желал, чтобы Марина перестала задавать вопросы на эту скользкую тему. Есть вещи, о которых не принято долго и многословно говорить. Например, в недавнюю эпоху, когда практиковалась смертная казнь, ответственные лица всегда избегали публичного обсуждения вопроса о том, кто же именнo исполняет такие приговоры. Кто конкретно расстреливает осужденных преступников? Понятно, что это делает кто-то из сотрудников правоохранительных органов, но говорить об этом как-то нехорошо.
   Такой же совершенно секретной темой является и вопрос об осведомителях - о той огромной армии людей, без услуг которых милиция не раскрыла бы и десятой доли преступлений. Осведомители