л незнакомец, увлекая майора в какой-то погребок с веселой вывеской "Таверна", оказавшийся при ближайшем рассмотрении обыкновенной базарной разливухой.
   Здесь за низким столиком, когда дымящиеся чашки дрянного кофе были принесены толстой официанткой в засаленном, бывшем когда-то белым переднике, мужчина наклонился к Вербину и заговорщически шепнул:
   - Так какие у вас есть фильмы?
   - А почему это вас интересует? - не сумел удержаться от контрвопроса Вербин и тотчас отругал себя за поспешность. Не выдержал стиль, сорвался.
   Слишком официально спросил, слишком казенными словами.
   "Сейчас насторожится, - с тоской подумал Владимир, тревожно глядя на собеседника. - Очень уж не соответствуют такие слова моему облику".
   Но все сошло гладко: незнакомец ничего не за подозрил.
   - Я спрашиваю у вас потому, - отрезал он строго, - что я не продаю видеокассеты. Я их готов поменять. Если у вас есть что-то стоящее, что меня заинтересует, то я готов обменяться с вами.
   Это было неожиданно. Вербин на мгновение даже опешил, не зная, как отреагировать на сказанное. Поэтому попытался взять тайм-аут.
   - Как вас зовут? - сказал он и протянул руку через столик. - Меня - Владимир.
   - Иван Иванович, - скривился в усмешке мужчина, неохотно пожимая протянутую руку. - Какая разница, как нас с вами зовут? Если у вас есть нужные мне фильмы, то обменяемся. А если нет - разбежимся. Ну так что?
   Майор отхлебнул кофе и твердо заявил:
   - Я не хочу меняться. Зачем меняться? Мои кассеты мне нравятся. Я бы хотел купить еще.
   Он снова сделал вид, что лезет за деньгами в карман, но "Иван Иванович" остановил его.
   - Мне деньги не нужны, - отрубил он. - Расскажите, что у вас есть, и подумаем, будем ли меняться.
   Была не была! При подобных операциях каждую минуту приходится наугад изобретать что-нибудь, в зависимости от непредсказуемо меняющейся ситуации.
   Вербин был уверен, что идет на