зала она веско. - Будешь вести себя тихо или мне машину с патрулем вызывать? Будем дело до наручников доводить?
   - Отпустите, - пробурчал досадливо водитель:
   - Отпустите, все в норме. Все тихо.
   Видимо, человек он рассудительный, понимает, что в такой ситуации с милицией лучше договариваться по-хорошему.
   - А ты куда? Стоять! - крикнула Марина девочке, увидев, что та уже натянула свою одежонку и стоит в нерешительности, раздумывая, не сбежать ли. Ту останавливало лишь опасение, нет ли рядом еще милиции и не станет ли хуже.
   Отпущенный Мариной водитель встал, отряхиваясь, и стало видно, что ему лет двадцать пять - тридцать и что по жизни он, кажется, вполне нормальный мужик.
   Ну, попал в глупую ситуацию, да потом повел себя еще глупее. С кем не бывает?
   За свой срок службы в милиции Марина успела усвоить от коллег, да и просто на опыте, что нужно научиться отпускать людей. Многие по глупости совершают разные ошибки, которые при желании можно назвать преступлениями. Но такого желания быть не должно. Потому что на всех уголовных дел не заведешь и всех не посадишь. Нужно выбирать главное - то, что поручено именно тебе, а остальное оставь другим.
   Водитель больше не представлял опасности. Марина подошла к девочке и твердо взяла ее за руку.
   - Ты пойдешь со мной, - сказала она голосом, не терпящим возражений. - Поняла? Как тебя зовут?
   - Надя, - запинаясь, ответила девушка. - А куда мы пойдем?
   - Известно куда, - усмехнулась Марина, - в милицию пойдем. А ты куда думала?
   Девочка не возражала: она только что видела, как эта женщина в секунду расправилась с огромным дядькой, и у нее не возникло желания спорить.
   - А я? - вдруг поинтересовался водитель. Он уже успел отряхнуться и прийти в себя.
   - А вы можете ехать по своим делам, - сухо сказала Марина. - На вас лично у меня времени нет. Если вы будете продолжать в том же духе, то вами займутся другие люди, не