- Садитесь. Вы кто?
   Только слегка дрогнувший голос выдал его смятение. Владимир Вербин видел перед собой высокую .молодую женщину в сером форменном мундире с погонами.
   Форма сидит хорошо, фигура стройная, на окантованных красным погонах - три звездочки.
   "Да, это она", - сказал он себе в первое мгновение.
   "Нет, это не она" - во второе.
   "Нет, все-таки она!"
   Он не ошибся, и знал это. Женщина растерялась, и Вербин понял, что и она его помнит.
   - Старший лейтенант Карсавина, - дрожащим голосом произнесла Марина, - инспекция по делам несовершеннолетних Правобережного РУВД.
   "Как он постарел, - промелькнуло у нее в голове. - Шесть лет прошло, он был почти мальчик. А теперь совсем седой. И он узнал меня. Боже, что теперь будет!"
   Она не знала, как держать себя, куда смотреть и что говорить. Язык костенел, руки и ноги словно прилипли к телу. Двигаясь, как кукла, она деревянной походкой приблизилась к стулу и села, неестественно выпрямив спину, будто проглотила кол.
   - Что вас привело? - мягко спросил Вербин, присаживаясь напротив. - В чем дело? Что случилось?
   По тому, как майор старательно прятал глаза и придавал лицу бесстрастное выражение, можно было понять, что и он ощущает себя не в своей тарелке.
   Она начала говорить, не зная, как и чем закончит. Заплетающимся от волнения языком Марина принялась излагать историю девочек из девятнадцатой школы. Она говорила все то же, что совсем недавно рассказала капитану Лукоморову, но тогда она чувствовала себя значительно увереннее, чем сейчас.
   Вербин внимательно слушал, глядя на Марину испытующим колючим взглядом. По ходу рассказа задал несколько коротких вопросов, пометив что-то в блокноте.
   - Так чего вы хотите? - наконец спросил он, когда Марина закончила. - Вы ведь уже были у Пети Лукоморова? Он же вам все объяснил?
   На всем протяжении рассказа Марина глядела в пол или на свои собственные нервно