грудь под тоником мелко тряслась в такт движениям.
   Марина не стала подходить к Лере и вообще выбросила эту тему из головы: за всеми не уследишь и всех дел в мире не переделаешь... И всех подряд не спасешь, даже если работаешь в милиции.
   А Вербин спустя какое-то время предложил Марине перейти на службу в его отдел.
   - Мне понравилось, как вы относитесь к делу, - пояснил он в ответ на вопрос Марины о причинах этого предложения.
   Вербин вообще был немногословен. Сначала Марина думала, что эта молчаливость относится именно к ней, но потом увидела, что это не так. Владимир Вербин был замкнутым человеком. Это не означало, что он не мог пошутить или не общался с людьми. Нет, конечно, да на посту начальника отдела это и невозможно.
   Просто он был очень серьезен, и чувствовалось, как строг он к каждому своему слову и поступку, будто всякий раз предварительно взвешивает их на неких ему одному ведомых весах.
   "Ты взвешен на весах и найден очень легким", - сказано было одному библейскому герою. Так вот, о Вербине так сказать нельзя.
   Он был красив, Марина отметила это еще в первую встречу - ту, давнюю, о которой они оба старались не вспоминать. Сейчас ему было тридцать три, но выглядел Владимир чуть старше из-за седых волос, ежиком торчащих на его коротко стриженной голове. А поскольку во всем остальном он был очень моложав, седина в сочетании со стройной фигурой и юношеским лицом придавали ему облик преждевременно постаревшего мальчика.
   - А чем я буду заниматься? - спросила Марина, приняв решение.
   - Чем придется, - улыбнулся майор. - Как и все мы здесь. Что стоит на повестке дня - тем и будем заниматься.
   - Марина Сергеевна Карсавина, - представил ее Вербин, когда Марина первый раз пришла сюда на службу. - Наш новый сотрудник. Старший лейтенант. Раньше служила в ИДИ Правобережного РУВД. А теперь - у нас.
   - У нас? - притворно изумился уже знакомый Марине Лукоморов, сидевший