таким образом на изготовителей.
   Вербин крякнул и откашлялся.
   - Мы знаем, - осторожно заметил он, - что кассеты преступник вез на вокзал. Значит, он собирался увезти их куда-то для продажи. Скорее всего, в Москву. Поезд отходил как раз московский, да и вообще известно, что в массовом количестве такие кассеты тиражируются если не в самой Москве, то где-то там поблизости. Рынок сбыта самый большой, - пояснил он.
   Марина улыбнулась: накануне вечером она успела подумать и об этом.
   Здорово!
   - Рынок сбыта находится в Москве, - согласилась она. - Но не будем забывать, что и у нас в Унчанске больше миллиона жителей. Сколько среди них маньяков-педофилов?
   От этого вопроса сидевший за соседним столом Виталик даже закашлялся от смеха, но Вербин метнул в его сторону зверский взгляд.
   - А ты думаешь - сколько? - осведомился он у Марины, хотя и на его лице появилась тень улыбки.
   - Да на нашей работе побудешь, - не выдержал все-таки смешливый Виталик, - так скоро вообще все вокруг будут казаться маньяками-извращенцами. Кто не проститутка, тот извращенец. Я даже на свою жену теперь с подозрением смотрю.
   - Я думаю, что человек сто найдется, - не об-Ращая внимания на смешки Виталика, произнесла Марина, нахмурившись. - Человек сто. Я имею в виду тех, кто готов купить такие видеокассеты. А вообще педофилов гораздо больше. Просто не все способны покупать дорогие кассеты. Значит, рынок есть и у нас.
   - А откуда ты это знаешь? - озадаченно почесал стриженый затылок Вербин. - Разве кто-то ведет такие подсчеты?
   Но тут Марина уже была на своем профессиональном коне.
   - Я по образованию педагог, если вы помните, - сказала она, - и работала в школе. А потом - в ИДН. Конечно, подсчетов никто не ведет, но практика показывает, что лиц, склонных к педо-филии, не так уж мало. Большинство из них способны держать себя в руках - это правда. Им нравятся дети, они мечтают о сексе с детьми, но