ся думать о службе, а скатился опять на мысли о Марине. Нет, конечно, не о Марине, а о старшем лейтенанте Карсавиной Марине Сергеевне. Ну да, так правильно... О Карсавиной, старшем лейтенанте... Которая очень красивая...
   Тьфу ты, вот ведь что делается! Хоть надавай себе по щекам! Совсем обалдел на старости лет, дурак! ? Уже подходя к подъезду и видя освещенные окна своей квартиры, майор Вербин наконец сумел взять себя в руки и, не давая мыслям никакой лазейки, принялся неотступно думать о футбольном матче, который будут через десять минут показывать по первому каналу.
   Семейной жизни Владимира Вербина завидовали многие: не только коллеги, но даже старинные приятели, близко знавшие его. Все говорило им о том, что Володя отлично устроился, чего же еще желать - каждому бы так.
   Детей у них с Риммой не было, что после четырнадцати лет брака давало веские основания предполагать, что уж теперь и не будет. В первые годы сУпружества они вовсе об этом не говорили, потому что было рано заводить детей, а когда на пятом году Вербин все же заинтересовался этим вопросом, выяснилось, что у Риммы какая-то аномалия внутренних женских органов, которая и препятствует возникновению беременности.
   Впрочем, сам Вербин и был инициатором подобных исследований - Римма не проявляла к данному вопросу никакого интереса.
   - Врач сказал, что у меня не может быть детей, - сказала Римма, вернувшись из женской консультации. - Нужно делать операцию, да и то без гарантии успеха.
   Сообщила она об этом равнодушно и больше к данной теме не возвращалась.
   Владимир на этом не успокоился, он пытался проявлять активность и дальше. К двадцати пяти годам ему уже начинало казаться странным, что у него нет ребенка.
   У всех вокруг есть, а у него - нет, это непорядок.
   - Ты бы сходила еще куда-нибудь, - предлагал он жене, - не одна же консультация в городе. Наверняка есть какие-нибудь медицинские центры, специалисты. Можно