, но и того, что увидели
  желающие уехать в сторону "Новослободской", хватило, чтобы все они отхлынули
  назад. Десятки женских голосов закричали что-то бессмысленно-истеричное.
  Среди месива искалеченных, разорванных и обожженных людей, на залитом кровью
  полу копошились раненые и контуженые, бессмысленно тыкаясь друг в друга и
  увязая в растерзанной человеческой плоти. Вой и стоны пострадавших
  разносились далеко по всему перрону.
   Всего при взрыве погибло шестнадцать человек, пятеро остались
  инвалидами, еще тридцать было ранено и контужено.
   Через три дня новый взрыв прогремел на станции "Савеловская", а еще
  через три досталось "Октябрьскому полю". В обоих случаях бомбы оставляли
  прямо на перроне, жертв, к счастью, было меньше. Затем последовала недельная
  передышка, и еще три взрыва громыхнули точно по такому же сценарию.
   Были усилены наряды милиции, у всех входящих в метро начали проверять
  сумки и пакеты, к работе подключили специально подготовленных собак, на
  перронах установили дополнительные камеры слежения, но ничего не помогало.
  По телевидению высокопоставленные чины милиции просили москвичей быть
  внимательными, бдительными, сообщать о каждом сомнительном предмете
  дежурному милиционеру. Трижды на станциях метро вспыхивала паника из-за
  обнаруженных подозрительных пакетов и свертков, но тревога оказывалась
  ложной. Руководство Временного Военного Совета требовало от сыскарей
  результата,