ак что определить трудно, но мы считаем, что завод ставится от тридцати
  минут до двух часов.
   -- Значит, мне нужны пленки последних трех часов перед каждым взрывом.
   -- Хорошо, только это материалы следствия, выносить их из здания
  нельзя, -- предупредил Воронов.
   -- Мне нужен только видеомагнитофон и удобный стул. Если к тому же мне
  выделите отдельное помещение, я буду вам предельно признателен.
   К удивлению всех, отдельный кабинет в битком набитом здании для
  экстрасенса нашли, и Воронов решил, что без гипноза тут явно не обошлось.
  Сняв пиджак и галстук, Лужный засучил рукава, помассировал лицо. Несколько
  минут он сидел, опустив руки на колени и склонив голову, затем включил
  монитор. За повседневными хлопотами об артисте постепенно забыли. Лишь под
  утро Воронов, проходя мимо знакомого кабинета, вспомнил про иллюзиониста и,
  приоткрыв дверь, заглянул внутрь. Лужный по-прежнему сидел перед монитором,
  курил сигарету, судя по густому дыму в помещении, далеко не первую и не
  десятую.
   Следователю стало совестно.
   -- Юрий Семенович, может оторветесь, пообедаете? -- предложил он.
   Не поворачиваясь, Лужный отрицательно мотнул головой и коротко бросил
  через плечо:
   -- Кофе и сигареты, мои кончаются.
   Экстрасенс провел за монитором еще четыре часа, потом позвонил
  Воронову.
   -- Зайдите, по-моему, что-то есть.
   В маленькую комнатку набилось полтора десятка людей, почти все
  свободные члены