а, второй в
  самом хвосте. У обоих автоматы, АКМ. Еще двое в первом салоне. Они протянули
  по всему самолету провода, подсоединили их к толовым шашкам, все это висит у
  нас над головой.
   Парню было лет двадцать пять. Высокого роста, худой, с длинной шеей и
  большим кадыком, он чем-то походил на большого подростка. Даже сейчас он не
  спускал с рук толстого, розовощекого карапуза лет трех, невозмутимо
  посапывающего под разговоры взрослых. Может поэтому, чтобы не разбудить
  дитя, Михаил говорил тихим голосом, так что остальным членам оперативной
  группы приходилось напрягать слух.
   -- А куда ведут эти провода?
   -- Не знаю, наверное, в кабину. По крайней мере, у тех, что нас
  охраняли, я не видел никаких там пультов, или этих, машинок для подрыва.
   -- Надо бы выяснить точнее, -- сказал скорее самому себе Малахов. -- По
  идее все должно сводиться к кабине. Вас отвезти домой?
   Но бывший заложник отрицательно покачал головой:
   -- Нет, в самолете осталась моя жена.
   -- Хорошо, тогда разместите его где-нибудь поблизости, может еще
  пригодится, -- велел министр.
   В это время ожил динамик милицейской рации:
   -- Товарищ министр, в пяти километрах до Шереметьева, в небольшой
  рощице обнаружены тела двух мужчин. Судя по приметам это как раз те двое --
  водитель и экспедитор грузовика.
   -- Хорошо, -- сказал Малахов и развернулся на кресле в сторону своего
  соседа, полковника ФСБ Петра Милентьева. Это был лучший специалист