изиона капитан 1-го ранга Сергей Иванов со
  вздохом признался:
   -- В норме.
   -- Без выкрутасов?
   -- Да. Я уже не знаю, что делать, похоже на него, как на
  деда-ревматика, влияет смена погоды.
   Еще в прошлом походе с реактором начало твориться что-то странное. Без
  видимых причин начинала расти мощность, постепенно, но неуклонно достигая
  опасного уровня. Для регулировки приходилось опускать графитовые стержни,
  после чего мощность резко падала, едва не заглушая при этом реакцию.
  Техническая комиссия не нашла у реактора видимых изъянов, на всякий случай
  лодку должны были вывести в ремонт, но тут подвернулась вся эта заваруха с
  югославами, и экипажу под командованием Заманихина пришлось выйти в море.
  Для страховки ему в поход прикрепили Иванова, но и он, в своем деле ас
  высшего пилотажа, не смог найти никаких явных причин подобных аномалий
  реактора.
   -- Как ведут себя соседи? -- спросил Заманихин, кивая куда-то в
  сторону.
   Он даже прислушался, хотя услышать шумы американской подводной лодки
  сейчас было невозможно.
   -- Вполне пристойно, идут на цыпочках, шаг в шаг.
   -- Расстояние?
   -- Одна миля.
   Американская атакующая подводная лодка типа 688 "Чикаго" прицепилась за
  "К-445" сразу по выходу из фиорда Североморска, в Баренцевом море. Обычно в
  таких случаях капитаны ракетоносцев пытаются всеми возможными способами
  оторваться от своих опекунов, но в этот раз Заманихин сознательно