Конечно, -- заметил неприметный человек в штатском из свиты
  академика. Это был директор ФАПСИ Майоров. -- Через два дня голосование в
  конгрессе по импичменту Апдайка. Сейчас голоса балансируют на грани
  равенства. Если мы устроим обвал биржы, он точно проиграет.
   На несколько минут Роман задумался, потом меланхолично кивнул головой:
   -- Можно сделать все по-иному, проще.
   Минут десять хакер с фигурой и манерами подростка объяснял академику,
  членкору и всем остальным свою идею.
   -- Остроумно, -- решил Боголюбский. -- А что, давайте попробуем!
   Чтобы увеличить эффект, решили параллельно действовать сразу на двух
  биржах "большой семерки", Лондонской и Токийской. Рядом с Романом снова
  уселся Семушкин, но теперь Андрей Ильич все делал с оглядкой на монитор
  Малиновского. Действовал Бэд с виду неторопливо, но очень уверенно и
  остроумно.
   -- Парень мыслит совершенно по-другому, чем мы, -- тихо говорил Левин
  на ухо Боголюбскому. Из-за академика к его голосу прислушивался Майоров. --
  Черт его знает, но он понимает компьютер как бы изнутри, чувствует как тот
  работает, что ли. Все-таки самоучка.
   Уже через десять минут Роман продрался в святая святых Лондонской
  биржи, в системы управления и рассылки котировок. То, что он сделал там, не
  понял никто, настолько быстро простучал он по клавишам.
   -- Все, -- заявил Роман, переключив экран на котировки акций.
   -- Погоди-погоди! Как это ты сделал? -- растерялся