лютом, --
  провозгласил начальник отдела, скидывая пиджак и беря в руки бутылку. --
  Гусары сегодня гуляют!
   Вместо хрусталя в дело пошли пластиковые стаканчики, и Роман, получив в
  руки неблагородную тару с шипучей жидкостью, спросил:
   -- Так по какому все-таки поводу праздник?
   Несколько человек рядом с ним засмеялось. Народ все подходил и
  подходил. Далеко не всех он знал -- не совпадали смены. Андрей Ильич,
  усевшись на стол -- вольность, за которую он всегда ругал подчиненных, мило
  пояснил самому молодому члену команды:
   -- Как, Рома, вы разве еще не поняли? Посмотри на мониторы, что ты там
  видишь?
   И тут до Романа дошло, что на дисплеях вертелись замысловатые картинки
  хранителей экранов, причудливые заставки, даже картинки компьютерных игр. Ни
  один из мониторов не был задействован в дело.
   -- Сегодня день победы, товарищ Бэд. По тайному сговору "большой
  семерки" нас отрезали от мировой сети. Враги признали наше превосходство и
  свою слабость в нашей отрасли. Это их полная, и безоговорочная капитуляция,
  как в Берлине в сорок пятом.
   -- И что же? Наша группа распускается? -- спросил Роман, отхлебнув
  кисловатого, на его непросвещенный вкус, шампанского.
   -- Зачем, просто две трети личного состава уйдут в отпуск. Я что-то не
  помню, чтобы кто-то за последний год у нас отдыхал. Отдых будет большой,
  дней семь, не меньше. Но некоторым я не обещаю и этого. Как раз вам, Рома,
  отпуск не грозит. Эти наивные люди