л точно в расположение батальона майора Силантьева. После месячных
  допросов и проверок его отправили домой, а к осени Сашка вернулся и
  попросился записать его в строй уже контрактником. За годы плена у парня
  умерла мать, друзья поразъехались, девушки повыходили замуж. Пожив немного у
  дальних родственников и окончательно почувствовав себя на родине чужим,
  Сашка рванул назад, туда, где он был нужен, где за ним еще остался
  неоплаченный должок.
   Силантьев понял этого парня еще после первого же допроса, и все-таки он
  взял Саньку под свое крыло. Хлопот от него было много. Любитель выпить и
  пройтись по бабам, этот сержант-переросток, по общему мнению офицеров,
  разлагал новобранцев как никто другой. Но все это компенсировалось в боевой
  обстановке. Хитрее и осторожнее Сашки в бою не было. В самой безвыходной
  обстановке он находил какие-то невероятные ходы и выводил свое отделение
  разведки из-под огня без потерь. Но больше всего сержант был незаменим
  именно при таких вот операциях в населенных пунктах.
   Прежде всего он знал языки, природа одарила его этим своеобразным
  даром. Разговаривать не мог, но понимал все, о чем судачили между собой
  местные жители. Пристроившись с глуповатым видом рядом с сообществом местных
  аксакалов, Сашка прикрывал глаза и, делая вид, что дремлет, внимательно
  вслушивался в гортанную речь старейшин. Те вскоре переставали обращать
  внимание на глупого русского парня и выбалтывали много