анков на окраине аула.
   -- Что у тебя, Витя?
   -- Шеф, на северном склоне горы блики оптики.
   -- Снайпер?
   -- Не знаю, что-то не похоже. Может, долбануть по нему парой
  осколочных?
   -- Не надо, сделаем по-другому...
   Когда колонна бронетехники медленно выползла из аула, Барбара Херст
  опустила бинокль, с облегчением перевела дух и глянула на своего оператора
  Джона Хадсона, многолетнего спутника самой удачливой пресс-леди мирового
  спрута Си-эн-эн.
   -- Ну что? -- спросила она.
   -- Все как на ладони. Эта оптика делает чудеса, даже было видно, как у
  старика дергались ноги.
   -- Дай посмотреть! -- с азартом вскрикнула Барбара и, включив обратную
  перемотку, приникла к окуляру видеокамеры. -- Блеск! Это сенсационный
  материал. Нам удалось это сделать!
   После переворота 15 июня ни одному независимому журналисту не удалось
  передать ни строчки, ни кадра с территории Чечни. Кавказ, словно черная
  дыра, без следа поглощал нелегально проникавших туда журналистов. Все
  попытки узнать что-то о судьбе пропавших кончались ничем. Военные кивали на
  полевых командиров, дескать, это они повинны во всем, а тем просто не
  удавалось выйти на связь ни с кем из западных репортеров. Вся информация шла
  лишь от пресс-центра Вооруженных сил.
   Тщательно проанализировав все известное об обстановке в Чечне, Барбара
  поняла, что не стоит связываться ни с официальными властями, ни с боевиками,
  хотя необходимыми документами