инам неуправляемыми ракетами, а потом развернулся и
  прошелся еще раз, обрабатывая скалы свинцом из пушек и пулеметов. Огонь с
  вершин сразу поубавился, лишь один упрямый пулеметчик продолжал садить пулю
  за пулей по БМП командира, но и он скоро смолк навеки, успокоенный
  снайпером. Прикрывая друг друга, солдаты полезли в горы и вскоре вернулись
  назад, неся в руках трофейное оружие. Силантьев слышал за это время три
  одиночных выстрела, что это было, он знал прекрасно, его подчиненные давно
  уже не брали пленных.
   -- Семь человек, плюс этот смертник с гранатометом, -- Попов кивнул в
  сторону трупа на склоне. Около него уже возился переводчик. Вскоре он
  подошел, на ходу листая какую-то книжечку.
   -- Что там у тебя, Вагиз? -- спросил Попов.
   -- Записная книжка. Судя по ней, это был один из сыновей того старика.
   -- Надо известить ФСБ, пусть поинтересуются, чем в Москве занимаются
  остальные Фатаровы. Какие потери?
   -- Васильев ранен, ногу зацепило, да Васька, водила бэтээра, контужен.
   -- Ну это хорошо, -- с облегчением вздохнул майор. -- Всегда бы так.
   Через пятнадцать минут, взяв на буксир подбитую бронемашину, колонна
  продолжила движение. Очередной рейд закончился удачно, без потерь. В этом
  году подобное случилось всего в третий раз.
   Вечером в укреплагерь пожаловал сам генерал Пронин, командующий
  Восточной группировкой войск федералов в Чечне.
   -- Ну что тут у вас? Это в самом деле Барбара Херст?