офицеры. Не спал лишь один
  человек. Силантьев слово свое сдержал, Мешнин вместо заслуженного отдыха
  пошел в караул.
   Его очередь заступать на пост должна была подойти позже, и можно было с
  полчаса покемарить в караулке, но Сашке не давало спать присутствие в лагере
  женщины. Ближайшая казачья станица находилась за тридцать километров от
  лагеря, в самоволку не убежишь, а в увольнительную последний раз он ходил
  два месяца назад, и сдобная вдовушка-казачка, утешившая героя-солдата в тот
  день, и сниться ему перестала. А тут эта американочка. Сашкины пальцы
  невольно вспомнили упругую плоть женского тела, небольшие аккуратные груди,
  ответный резкий взгляд, легкий запах не то духов, не то дезодоранта, что-то
  пьянящее и волнующее.
   "Вот, падла, и на войне с духами не расстается, сучье племя", --
  подумал он и попытался поудобней устроиться на жестком настиле.
   А в час ночи пришла его пора сменить часового с гауптвахты. В игравшей
  ее роль обширной землянке сейчас находились оба телевизионщика. До
  двенадцати их плотно допрашивали приезжие особисты, а затем, по их
  распоряжению, заморских гостей разместили в разных половинах землянки. То,
  что обоих американцев уберут, Сашка знал точно. Подобная практика имела
  место уже целых два года. Силантьевцам с ней сталкиваться не приходилось, но
  глухие слухи шли давно.
   Минут десять Сашка боролся с собой, но поняв, что это бесполезно,
  шагнул к двери. Ключ к ней он заимел с