зуб.
   -- Это будет слишком большая цена, -- вздохнул Соломин. Он перебрал
  бумаги в открытой папке и печальным голосом сказал: -- На Кавказе мы
  оставляем почти треть годового бюджета страны. Пограничные линии, бригады
  быстрого реагирования, авиация, и все без толку. Самое опасное, что эта
  зараза расползается во все стороны. Северная Осетия, Ингушетия,
  Карачаево-Черкессия, некоторые районы Дагестана, все они под большим
  влиянием Чечни.
   -- Да, -- согласился Ждан. -- Мы изолировали Ичкерию, но теперь боевики
  и не очень-то пытаются прорваться туда, они устраиваются в Дагестане и
  Ингушетии. Там дело идет к повторению чеченского варианта. Похищения
  заложников, торговля оружием. Местное население живет в страхе. Особенно
  дело плохо в Ингушетии. Местные власти слишком распустили своих абреков,
  пришлось наводить порядок силовыми методами.
   -- Ну, а вообще можно ли вернуть Чечню к мирной жизни? -- спросил
  Сизов.
   -- Вряд ли, -- Ждан отрицательно мотнул головой. -- Слишком долго они
  воюют. Промышленность разрушена, сельским трудом там сильно-то не проживешь,
  и, кроме того, все привыкли к власти силы. Полевые командиры не дадут
  вернуться стране к прошлому. Это как в Афганистане. Деньги там крутятся
  бешеные. В прошлом месяце мы расстреляли командира одной погранзаставы. Он
  получил сто пятьдесят тысяч долларов только за то, что пропустил на
  территорию Чечни двадцать боевиков с оружием.