гу выступили немедленно. Впереди шли пять человек, сзади столько
  же. В середине шествовал сам Мансур с гостями и трое телохранителей. Судя по
  сдержанным переговорам этой троицы, Могильный понял, что моджахеды чего-то
  явно опасаются. Через два часа они вошли в узкое ущелье. Группа во главе с
  Мансуром присела отдохнуть, авангард же продолжил движение. Белов не мог не
  отметить хорошую выучку моджахедов. На месте своего гостеприимного хозяина
  он поступил бы точно так же.
   Они уже двинулись вперед, когда впереди вспыхнула перестрелка. Пули
  засвистели и вокруг группы Мансура. Все кинулись в разные стороны и открыли
  ответный огонь. Бой продолжался с полчаса. К удивлению Могильного, в него не
  вступил арьергард. Лейтенант понял все, когда отчаянная стрельба поднялась
  уже непосредственно у них над головой, на вершине скал. Вскоре все утихло, а
  минут через двадцать вниз спустились пятеро из арьергардной группы с тремя
  автоматами и снайперской винтовкой в руках.
   -- Кто это был? -- спросил Белов.
   -- Судя по одежде, узбеки, скорее всего, люди Дустума, -- ответил
  Мансур.
   Из его свиты пострадали двое: один был убит в передовой группе. Ранили
  в руку телохранителя Мансура. Белов торопливо вытащил из рюкзака пакет с
  бинтами и сам начал перевязывать раненого, рослого светлобородого и
  удивительно курносого моджахеда.
   -- Навылет прошла, это хорошо, -- подбодрил он парня. Перематывая руку,
  генерал все пристальнее начал всматриваться в своего