о нижнюю часть окон.
  И долой! Долой эти решетки! Словно не научное учреждение, а
  продовольственный склад.
  
  - Итак, Константин Павлович, - бодрым голосом сказал я, пытаясь сделать
  вид, что ничуть не удивлен столь необычным визитом, - что же заставило вас
  вернуться в наш грешный мир?
  
  - Некий не в меру любопытный журналист, которому с детства не дают спать
  лавры Шерлока Холмса. Он постоянно тревожил мой дух. Сначала он полез в
  Управление по борьбе с терроризмом, пытаясь выяснить подробности моей
  смерти, и тем самым привлек к себе внимание службы безопасности, являясь
  носителем сверхсекретной информации, которую я ему по легкомыслию так щедро
  поставлял. Затем залез в "Терру", на базе которой мы проводили маленькую
  операцию психологического характера. Затем (дуракам везет) наткнулся на
  моего помощника, которого все должны считать мертвым. И наконец сел на
  хвост Институту социальных исследований. Три дня проторчал в подворотне,
  игнорируя элементарные правила визуального наблюдения, о которых знают даже
  дети. Немало смутил ученых мужей, работающих в этом серьезном научном
  заведении.
  
  И к одним будьте милостивы с рассмотрением, а других страхом спасайте,
  исторгая из огня, обличайте же со страхом, гнушаясь даже одеждою, которая
  осквернена