ойцов находят в подъезде после
  соответствующей обработки. А тебе вновь звонят и вновь предлагают
  покаяться. Что ты будешь чувствовать? Ты представь, представь. Представил?
  
  Я постарался представить и опять почувствовал легкое недомогание, именуемое
  страхом. Мысленно я уже двадцать раз проклял тот день, когда в четвертом
  классе Валентина Васильевна посадила нас с Котом за одну парту, что
  положило начало нашей дружбе.
  
  - Вы руки людям топором рубите? Кот досадливо поморщился и обиженно вытянул
  нижнюю губу.
  
  - Ну что, мы садисты, что ли? Все делается хирургом под общим наркозом.
  Никаких болевых ощущений. Ты, честное слово, напоминаешь мне бывших коллег
  по 5-му управлению. Все норовишь приписать оппоненту какое-нибудь
  психическое заболевание. Да ну тебя.
  
  - Не проще ли просто убить.
  
  - Конечно, проще. Но не будет необходимого психологического эффекта. Мало
  ли сейчас убивают. Ну ухлопали сотню шалопаев. Кто об этом будет говорить в
  метро? Да никто. Все уже давно привыкли к ежедневным убийствам и не
  обращают на них внимания. А здесь - искусство. Ты сам подумай. Когда ты
  ехал на Загородную по наводке нашего питерского филиала, ты ведь ожидал
  трупы. А то, что ты увидел там, тебя потрясло. Небось, до сих пор в себя
  прийти не можешь.
  
  В