я, провожающая в последний путь легендарного "пахана".
  Одновременно проводил глазами детальный обзор местности, пытаясь определить
  местонахождение святых инквизиторов из отдела психологической борьбы,
  которые, по словам Кота, должны были с разных точек заснять похороны на
  пленку. Тщетно. Поблизости никого не было, за исключением нескольких
  бабулек, хлопотавших возле могил.
  
  На прощанье Кот дал мне кассету с записью похорон главаря балашихинской
  группировки, который был депутатом разогнанного Темной Лошадкой парламента.
  Его убили во время "Чистки". Дома я внимательно просмотрел весь
  короткометражный фильм. Действительно, таким похоронам можно было
  позавидовать, еще проживая на этом свете. И гроб и могила утопали в живых
  тюльпанах и розах ценой по пять тысяч за штучку. Народу собралось несколько
  тысяч. Однообразные молодые люди составляли половину собравшихся. Оркестр
  исполнял реквием Моцарта. Траурные речи. Кусок пленки зафиксировал площадку
  возле входа на кладбище, сплошь уставленную иномарками, внутри каждой из
  них сидел водитель и еще один человек, наверно, охранник.
  
  На пленке в правом углу высвечивалось время, и я обратил внимание на то,
  что иномарки начали подъезжать и парковаться за тридцать минут до траурного
  митинга.
  
  Когда