ддержку стран Запада - на втором. Он сказал, что спецслужбы
  готовы принять любые условия сотрудничества с "Партией".
  
  Я понимал, что ввязываюсь в смертельно опасное дело, но сразу же
  согласился. Через две недели я уже вместе с Томом вылетел в Вашингтон, где
  имел встречу с Вулси и госсекретарем. Десять дней я провел за железными
  дверями в Лэнгли, изучая информацию о "Партии" и о криминальном
  интернационализме. Нервы у меня крепкие, но когда я ознакомился с
  материалами о международном преступном сообществе, я чувствовал себя как
  приговоренный к смерти. Вырисовывался самый настоящий Апокалипсис, где
  Армагеддоном являлась Россия. Я понимал, что нужно спешить.
  
  Моей задачей было установить контакт с руководством "Партии". Это было и
  просто и сложно одновременно. Просто, потому что мне были известны все
  лидеры и часть кураторов. Сложно - в силу системы конспирации, которую
  строго соблюдала "Партия". Из-за этой системы я мог расчитывать только на
  контакты с кураторами и на проникновение в организацию в качестве
  бессознательного члена.
  
  Я долго прикидывал, как мне внедриться в эту структуру, и пришел к выводу,
  что классические методы здесь не годятся. Тогда я решился на лобовую атаку.
  Я приехал в Москву, собрал все материалы, подготовленные