ил тарелку, в которой лежали четыре
  сваренных вкрутую яйца странной формы.
  
  Кот полил мне ломтики ветчины оливковым маслом и разлил по бокалам белое
  вино.
  
  - Запивай. Чистый виноградный сок. И попробуй моцареллу. Это лучший сыр в
  мире, - сказал он, ткнув вилкой в яйцо.
  
  Пригубив вино, он поставил бокал и встал. Я обернулся. К столу шел мужчина
  лет сорока пяти, одетый в безукоризненный костюм-тройку.
  
  Подойдя к Коту, он обнял его и троекратно поцеловал.
  
  - Ты все еще жив. Пантера,-сказал незнакомец взволнованным голосом. - Ну
  да. Дьявола убить трудно. Ты нас заставил серьезно поволноваться, хотя
  никто в твою смерть не поверил.
  
  Он протянул мне руку, но почему-то не представился. Мы сели, после чего
  незнакомец достал из кейса бутылку коньяка. На этикетке была надпись
  "Отборный".
  
  - Твой любимый коньяк. Пантера. Берег для этой встречи с советских времен.
  Кот улыбнулся.
  
  - Ты помнишь мой вкус, Кондор. Спасибо. Кондор разлил коньяк по рюмкам.
  
  - За встречу, за нас.
  
  Коньяк был необыкновенно душистый и какой-то маслянистый. Тепло сразу
  разлилось по всему телу.
  
  Официант принес горячее. Нам с Котом мясо, а незнакомцу жареную рыбу,
  которую он в нашем присутствии снял с костей двумя ножами, показав
  настоящее искусство.
  
  Кондор