В сером английском пальто,
   Ровно в семь тридцать покинул столицу я,
   Даже не глянув в окно.
  
   Так же и он. Прощай, Москва. В Сухуми жарко, море, фрукты.
   Виктор Константинович открыл кейс. Пачки денег лежали аккуратно, одна
  к одной. Хватит, хватит ему на тихую старость. А Сережа Пронин, конечно,
  загремит. Ничего, если уж в дело вошел, тюрьма закалит. Он из нее злым,
  умным делягой выйдет.
   Как здорово-то, что бог Бурмина прибрал. Нашелся человек, шлепнул, а
  то второй раз он на дороге у Виктора Константиновича встал.
   Пора. Он положил ключи на стол, а дверь захлопнул. Приедет хозяин,
  порадуется. Он ему полный холодильник жратвы и выпивки оставил да
  маленький цветной телевизор. Пусть пользуется.
   Виктор Константинович вышел из подъезда. До чего же ночь славная.
  Тихо, прохладно.
   Он подошел к машине, открыл. Положил кейс на сиденье. И вздрогнул.
  Кто-то сзади взял его за локоть. Обернулся быстро... Перед ним стоял
  заместитель начальника УБХСС города, полковник Сиротин.
   - Далеко собрались, гражданин Плужников?
   - А вам какое дело?
   - Нехорошо. Грубо. Мы беспокоимся, гражданин Плужников, как вы в
  таком возрасте, ночью, один за рулем.
   - Надеюсь, что все процессуальные формальности соблюдены? - спросил
  Виктор Константинович.
   - Конечно.