Он нас в
  ресторан завел, показал. Мужик нормальный, таких мы били не раз, я и
  согласился. Вызвал я его. Завел за угол и давай. А мужик-то этот крепким
  оказался, он мне с ходу три зуба выбил с одного удара. И бил-то не
  кулаком, а ребром ладони. Тут его дружок подбежал. Тоже парень ничего. А
  там и канарейка подъехала. Нас под руки и в десятое. Но мы твердо сказали,
  извините, обознались. Мол, за сестру дружка, Ильяса то есть, заступались.
  Те двое тоже говорят: претензий нет. Ну, а нам вместо 206-й пятнадцать
  суток.
   - А человек, который дал деньги?
   - Как милиция подъехала, он в машину - и рванул.
   - Что вы о нем еще можете сказать?
   Бобаков взял новую сигарету, прикурил, задумался.
   - У него шрам на подбородке был.
   В дверь постучали.
   - Войдите! - крикнул Олег.
   Вошли Леня и Чернов.
   - Виктор Сергеевич, - обратился Наумов к Чернову, - вам знаком этот
  человек?
   Чернов мельком взглянул на сидящего и ответил:
   - Да. Это тот, с кем мы дрались у ресторана <София>.
   - А вы, Бобаков, узнаете?
   - Узнаю, - усмехнулся Бобаков, - он из ресторана выбежал помогать.
   - У нас все, Бобаков. Старшина!
   Вошел конвойный.
   - Сигарету разреши, начальник?
   - Берите все.
   - Дай тебе бог. Заловишь меня когда-нибудь, темнить не буду.
   Бобакова увезли.
   - А у вас интересные типы