отать.
   Самолет лег на крыло. В иллюминаторе появился ковш Финского залива,
  рельефно обозначился макет города.
   - Товарищи пассажиры, наш самолет прибывает...
   Голос стюардессы был привычно вежлив. Олег пристегнул ремень, глядя
  на город, который постоянно увеличивался, вырастал, надвигался.
   И вот дома заполнили иллюминатор, стали крупными и уже не фрагментами
  макета, а реальностью.
   Колеса самолета ударились о взлетную полосу. И тяжелая машина
  побежала по земле. А это, пожалуй, самый приятный момент любого воздушного
  путешествия.
   Шел четвертый день розыска.
   Валера стоял на летном поле, немного кокетничая своими правами
  хозяина. Мол, в Москве, тебя сюда не пустят, а у нас, на периферии,
  уголовный розыск уважают. Он был все таким же. Рано поседевший,
  светлоглазый, похожий со своей сединой, усиками, пробором на какого-то
  киногероя.
   Они обнялись. Олег очень любил этого веселого, умного парня.
  Двенадцать лет назад Валера был механиком Аэрофлота, затем его направили в
  милицию. Уголовный розыск, видимо, и был единственным призванием этого
  человека. Через два года о нем начали говорить: <прирожденный сыщик>.
  Бывает же так, что призвание свое находишь не сразу. Валера заочно окончил
  Высшую школу МВД, а теперь готовился в академию.
   - Ну что, - засмеялся он, - не женился?