Тонко и радостно. Комнату наполнил серебристый звон, напоминающий какую-то
  музыкальную фразу.
   Это действительно было чудом. Ожили напольные часы, исполненные в
  виде замковой башни. Ни один из старожилов уголовного розыска не помнил,
  когда это чудо работало. Часы, как и чернильный прибор, были также
  наследством героического прошлого. Действительно дивные дела творились во
  время его отсутствия, подумал Наумов. И у него сразу же улучшилось
  настроение.
   Это заметил и Горелов, когда Олег садился в машину.
   - Ты, некий милицейский Антей, тебе нельзя отрываться от родной
  почвы.
   Наумов весело подмигнул ему, положил папку на заднее сиденье.
   - Рукопись Игоря? - голос Горелова стал серьезным.
   - Да.
   - Дашь посмотреть?
   - Чуть позже.
   Машина выбралась на улицу Герцена, у магазина <Фрукты> Виктор лихо
  развернулся, и они очутились на бульварах. Промелькнул, похожий на
  генерала, в шинели, наброшенной на плечи, жизнеутверждающий Гоголь.
   - Ты Андреевский памятник видел? - спросил Горелов.
   - Не только видел, но и люблю его очень.
   - Как точно скульптор передал духовный мир Гоголя. Я, когда иду
  гулять, обязательно захожу во дворик и смотрю на него, и у меня на душе
  спокойно становится, работать сразу хочется. Хорошо, что еще Пушкина не
  заменили.
   - Мне нынешний Гоголь