- Значит, помог Указ?
   - Еще как!
   - А помнишь, - Олег отхлебнул чай, - как у нас спорили по поводу
  Указа?
   - Помню.
   - По-моему, ты не верил?
   - Ну, предположим, ошибался, но не в полную меру. Да, на улицах, в
  ресторанах и кафе стало меньше пьяных. Но пьянство ушло в квартиры. Нужен
  целый комплекс мер.
   - Будет и комплекс. Люди станут больше читать, если будут такие
  писатели, как Горелов и Бурмин, в кино чаще станут ходить, в театр. А
  телевидение? Вспомни <Семнадцать мгновений весны> или <Рожденная
  революцией>.
   - Да, улицы вымирали.
   - Вот это и есть ответ на твои сомнения. Все будет, Боря, только
  перестраиваться трудно. Инерция сильна.
   - Слушай, Олег, скажи честно, ты думал, что убийца пришел за архивами
  Бурмина?
   - Конечно.
   - Я неправильно сформулировал вопрос.
   - Ты имеешь в виду его последнюю работу?
   - Да.
   - Даже в мыслях этого не было.
   - Когда же ты понял?
   - Я уже говорил.
   - Эстонский стрелок?
   - Да.
   - Знаешь, тебе надо самому писать начинать, уж очень у тебя
  ассоциативное мышление развито.
   - Ты второй человек, который мне об этом говорит, - засмеялся Наумов.
   - Вот видишь.
   - Нет, Боря, я со всякой сволочью драться буду. А другие пусть пишут.
  Как хорошо-то, что мы поездом поехали.
   Олег повернулся,