сельский укоризненно посмотрел на него.
   - Что? - напрягся Стахурский. - Он сказал, что знает человека,
  который работал на немцев, и будто у него есть знакомая женщина, отбывшая
  ссылку за пособничество. Она о нем говорила.
   - Он, Сичкарь, назвал фамилию этого человека?
   - Нет. Да я ему и не поверил бы. Пьяный он был, злой. В таком
  состоянии чего не наплетешь.
   - Где сейчас живет Сичкарь?
   - В Петропавловске, в Северном Казахстане. Работает там таксистом.
   - Вы сказали об этом Бурмину?
   - Да. Он прямо из Гродно полетел туда.
   Вот и сложилась цепь. Славный старик Стахурский, врач-подпольщик.
   - Спасибо вам, Казимир Францевич, мой коллега оформит сейчас
  некоторые формальности, что поделаешь, слово к делу не пришьешь. - Олег
  улыбнулся.
   Он успокоился. Была цепь. Сложилась она. Прочно скрепились звенья.
  Первое - Стахурский, второе - Сичкарь, третье - женщина, четвертое -
  убийца.
   Он закурил, отошел от стола. Сквозь деревья на углу дома
  просматривалась крупная буква <М>.
   - Толя, а что это за буква?
   - Магазин <Мясо>. Точно Бурмин написал. Наблюдательный был человек.
   Эх, Бурмин, Бурмин! Ну, старику простительно. Восемьдесят человеку
  все-таки. Внимание рассеянное. Да и не поверил пьянице. А ты? Зачем полез
  один? Зачем? И вдруг он вспомнил еще один абзац