учья
  трухлявые... Война, сколько лет прошло, а мы ее никак не забудем. Вот и
  парня нашего, Наумова, она задела, как пуля на излете. Сорок лет назад
  выстрелили, а попали сегодня.
   - Не только Наумова, Бурмина тоже.
   - Это ты прав, Никитин.
   Начальник встал, зашагал по кабинету.
   - Люди, Никитин, не должны забывать свое прошлое, иначе они обречены
  пережить его заново. А этого допускать нельзя. Что будем делать?
   - Товарищ генерал, мне кажется, что мы вторглись в чужие владения.
   - Это как же? Поясни.
   - Может, я не так сказал, но нам одним это дело не поднять.
   - Я согласен. Надо связаться с КГБ.
   - Поручаете мне?
   - Да нет, я сам переговорю. Как Наумов? Час назад я звонил, говорят,
  без сознания.
   - Я, товарищ генерал, скажу честно, профессора Бороздина из постели
  поднял и в госпиталь отвез.
   Начальник управления улыбнулся, подошел, хлопнул полковника по плечу:
   - Ну, ты и молодец. Шумел старик?
   - Малость было. Но самую малость.
   - Что сказал?
   - Сказал главное: жить будет, последствий никаких. Правда, в шоковом
  состоянии несколько дней промучается.
   - Какой парень! Скромный, работящий, смелый! Это он в Коломне детей
  из огня вынес?
   - Он, Наумов. Только, товарищ генерал, жаль, что мы вспоминаем о
  таких в экстремальных ситуациях, а не когда приказ о поощрении готовим.