стволки. Казаринову
  пришлось прыгать в окно дома под противный визг картечи над головой и
  возиться с Тимофеевым, который был хоть и немолод, но крепок.
   Теперь, направляясь к знакомому кабинету, он думал о том, что
  генерал, дочитав дело, обязательно укажет на эту стрельбу как на серьезное
  упущение. А оно действительно было. Позволили этой сволочи стрелять в
  поселке средь бела дня. Хорошо, что обошлось без жертв.
   Что случилось бы тогда, Казаринов даже думать не хотел, прекрасно
  понимая последствия. Он работал в контрразведке семнадцать лет. Принимал
  участие в самых различных операциях и искренне считал, что его работа
  обязана проходить незаметно для окружающих. Не должна нарушать привычного
  ритма жизни людей.
   Генерал сидел на диване, просматривая книгу. Он встал, протянул руку.
   - Как здоровье, Евгений Николаевич?
   Казаринов сразу же почувствовал некий подтекст в вопросе начальника.
   - Пока не жалуюсь, Александр Дмитриевич.
   Взглянув на подчиненного, генерал усмехнулся:
   - Судя по слухам, которые доходили до меня из таежных районов, у вас
  нет основания обижаться на здоровье.
   - Товарищ генерал...
   - Об этом потом, Евгений Николаевич. Сейчас о главном. Садитесь. Вы,
  кажется, курить бросили, поэтому не предлагаю.
   Казаринов сел. Генерал возглавил их подразделение около года назад.
  Ему