мался, - идите в палату.
   - Он в очень плохом состоянии?
   - Вообще да. Но мы надеемся, что временно. У него шок. Все время
  бредит.
   - А что он говорит?
   - Имя девушки называет, потом фамилию какую-то странную, не то Хват,
  ни то Хинтов, все время говорит об истине.
   В палате был полумрак от задернутых штор, но Казаринов рассмотрел
  лицо человека, лежавшего на кровати, обострившееся, с рельефными скулами и
  запекшимся ртом.
   Так вот он какой, Олег Наумов!
   - Все будет в порядке, - сказал врач, - дня через два.
   - С ним удастся поговорить?
   - Думаю, да... Он скоро придет в сознание. Опасности для жизни нет.
  
  
   В этот приезд инженеру Калинину повезло. Во-первых, он устроился в
  гостинице <Волга> на главной улице. Во-вторых, номер был отдельным. И день
  складывался удачно. После обеда он был свободен, решил переодеться и
  отправиться на берег Волги. Есть там одно чудное место. В будний день
  тихое и пустынное. А езды всего ничего, на речном трамвае полчаса.
   Калинин поднялся к себе на этаж, попросил ключ. Рядом с дежурной
  сидел молодой человек в светлой куртке.
   - Вы Калинин Лев Семенович? - спросил он.
   - Да.
   - Я из городского управления внутренних дел. Вам надо проехать со
  мной. - Молодой человек достал удостоверение, вскрыл, показал Калинину.
   - А что случилось? - удивился