<А, собственно, - спрашивал ее чей-то спокойный, рассудительный
  голос, - кто он ей, этот Олег? Встретились в Таллине, увлеклась. Что
  дальше? Легкого, веселого романа не получилось. Слишком серьезным оказался
  этот парень, да и работа у него непростая. Что же делать?> - вновь спросил
  ее тот же голос.
   А действительно, что? Сейчас она обязана принять решение. Именно
  сейчас, когда машина въехала в Москву. Госпиталь - это прежде всего
  обязательство, это некая связь с другим человеком.
   Нет, Лена не была злой. Она жила просто и легко. О ней говорили, что
  она прекрасный товарищ, считали доброй и отзывчивой. Но нет, она не готова
  к горю, госпиталю, болезни. Не готова! И, главное, не хочет готовиться к
  этому. Почему в ее жизнь должны входить эти молчаливые строгие люди с их
  непонятной, не очень веселой работой?
   И она начала внутри себя строить некую стену, которой отгораживалась
  от двух таллинских дней, трех телефонных разговоров и этого молчаливого
  капитана. Нет, она просто не готова еще делить с кем-то горе. Чуть
  попозже, когда станет старше. Тем более она же учится в институте. Ну,
  конечно! У нее скоро начнутся экзамены, репетиции, потом гастроли. Как это
  говорил Олег? Кесарю кесарево, а слесарю слесарево. Пусть так и будет.
   - Если можно, - сказала Лена спокойным, даже несколько равнодушным
  голосом,