- Он писатель, - обиделась Алла.
   - А знаешь, сколько в Москве этих писателей?
   - Нет.
   - Мне один мужик, у них по хозчасти работает, говорил - две тысячи.
  Ты думаешь, всем на хлеб хватает? То-то.
   - Игорь зарабатывал...
   - Зарабатывал, - презрительно сощурился Сергей, - на дубленку ты у
  него еле-еле выбила. А машина? Старенький <Москвич>. Кстати, я его отгоню
  на станцию. Там его сделают и продадут. Как с квартирой будем решать? У
  тебя две комнаты в центре, у меня тоже. Хочешь, обменяем на одну?
  Представляешь, четыре комнаты. Отделаем как картинку, все сдохнут от
  зависти.
   - Это мысль, - Алла посмотрела на Сергея. Он сидел голый по пояс,
  крупный, плечистый, уверенный в себе. Настоящий мужчина. Охотник и
  добытчик.
  
  
   В кабинете Никитина на диване сидел заместитель начальника главка. Он
  мрачновато выслушал доклад Наумова и, постукивая пальцами по подлокотнику,
  сказал:
   - Это что же такое? Звонят из партийных органов. Спрашивают, что это
  за убийство писателя. А вы мне разводите антимонии. Чтобы завтра доложить
  о результатах. Я так и сказал товарищам. Завтра.
   - Но, товарищ генерал...
   - Никаких <но>. Не нравится, идите работать в госстрах, совсем
  распустились.
   Он встал и, оставляя за собой последнее слово, вышел. Этот генерал
  недавно служил в ГУВД. Он не любил и