- Фильтруй базар! Я своих ребят не сдаю! У меня честь есть!
   - Раньше надо было думать о чести, Виктор Матвеич. Когда подписку давал
  стучать на своих.
   Человек с водянистыми глазами встал и вышел. Коваль задохнулся в
  бессильной ярости. Хуже всего было то, что собеседника было совершенно
  бесполезно убивать. Доказательствами того, что будущий вор в законе
  Коваль, будучи пойман на "ломке" чеков около "Березки", дал кагебешникам
  подписку о сотрудничестве, владел не человек с алюминиевыми глазами. Ими
  владела организация.
   Дача Лося стояла очень неудачно, на шоссе у поворота торчал пост ГАИ,
  чудом сохранившийся после падения советской власти и не мутировавший в
  придорожный магазинчик или шиномонтаж. И уж коли он сохранился, следовало
  ожидать, что случилось это не зря и что бдительные гаишники не только
  тянут дань с дальнобойщиков, но и могут сигнализировать в случае чего на
  дачу - мол, смотри, на ваш проселок кавалькада джипов свернула...
   Поэтому повернули с шоссе на пять километров раньше, попилили бетонкой,
  а затем лесной раскисшей дорогой. Чтобы перевалить через разобранный
  железнодорожный переезд, пришлось мостить его досками.
   Выстрелами из автомата с глушителем сбили замок на шлагбауме - кто-то
  рачительный из дачного поселка решил перекрыть лесную дорогу, дабы зря
  машины не пылили. В составе колонны было шесть джипов и один
  инкассаторский броневичок. Броневичок, натурально, принадлежал