ощадку, опоясывавшую караульный домик. Бойцы
  обернулись на них. Серега был очень горд, что чувствует себя в центре
  внимания. Он забрал у охранника автомат и ткнул дулом в направлении
  соседней дачки.
   - Видишь левый участок? - сказал Серега, - он вообще, считай, не
  просматривается. А если там кто засел? Я бы, если бы меня дачку вашу
  послали осмотреть, как раз чердачок и обжил бы...
   Лось хмыкнул. Чердачок был тих и пустынен, никто на участке не
  двигался: только белели в темноте посыпанные снегом остатки картофельной
  ботвы, да чертежным рисунком возвышался алюминиевый остов теплицы.
   - Или вот опять же лес, - сказал Сережа, - видишь вон тот дуб на
  опушке? С этого дуба вся дача просматривается, Васька, разверни прожектор.
   Все следующее произошло в одно мгновение.
   Васька, недолго думая, крутанул тяжелый выпуклый глаз прожектора.
  Верхушку дуба залило светом. Прибор ночного видения, который держал в
  руках сержант Иванько, ведший наблюдение с дуба, мгновенно вышел из строя.
  Серега единственный увидел блеск линз и мелькнувшую меж веток тень.
   Сергей вскинул автомат.
   - Ты что? - удивился Вася.
   Раздалась сухая короткая очередь. В ветвях дуба что-то шумно
  всхрупнуло, с тридцатиметровой высоты на землю, ломая ветки, полетел
  человек.
   И тут же бесшумно щелкнувшая пуля, прилетев с чердака соседней дачи,
  ударила Сережку в грудь.
   - Нас обнаружили, - сказал Алешкин в рацию, -